Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

2

с биографическим фактом гибели поэта на войне.[4] Но это по сути то же самое, что делает Бабель с мопассановским "Признанием", возгоняя скабрезный сюжет до философского градуса путем соотнесения с последней агонией самого автора.

Финальное равновесие (Но ты живешь, и я с тобой спокоен) Мандельштам обретает, воззвав к "Богу Нахтигалю" - поэтическому Соловью-Богослову Генриха Гейне.[5] Бабель тоже кончает на божественной, хотя и более характерной для него двусмысленной ноте, трактуя Мопассана как одного из своих квази-Иисусов.[6] При этом свой излюбленный карнавальный зигзаг он прочерчивает и в винном коде. Сначала вино уводит героя от принятых, в данном случае русских и христианских, ценностей ("захмелев, я стал бранить Толстого") к противоположным - иностранным и языческим (жизни по рецептам Полита и его автора). Но затем срабатывает парадоксальная бабелевская логика, ставящая рассказчика перед невероятным до кощунства явлением Христа в облике, так сказать, Мопассана a la Толстой.[7]

Вино как таковое в финальном пассаже не фигурирует; в полном согласии с сакральной подоплекой сюжета оно там пресуществлено в кровь: "Достигнув славы, он перерезал себе на сороковом году жизни горло, истек кровью, но остался жив". Уравнение "вино = кровь" было заранее экспонировано в портрете Полита ("лицо цвета кирпичной крови и вина"), этого двойника Мопассана, избранного бабелевским героем в учителя жизни в первой, напоенной солнцем и вымыслом части рассказа. Так завершается Операция Перевод: Мопассан претерпевает не только “транс-литературизацию” (на язык и почву русской словесности) и “ре-инкарнацию” (в жизни героев), но и “трансфигурацию” - в своего рода Платона Каратаева или отца Сергия.

Рассуждая о “вине” в родовых терминах, мы невольно упускаем из виду конкретность распиваемой марки - "муската восемьдесят третьего года". Дата повторяется еще дважды, и дважды мускат сопровождается эпитетом "заветный". Почему заветный и почему именно 1883 года? Фабульный смысл не составляет загадки - речь идет о дорогом (многолетней выдержки) вине, за распивание которого, да еще с голодранцем любовником, "муж убьет [Раису], когда узнает..." Однако “заветность” довольно прозрачно намекает не только на “запретность”, но и на “ново-заветность”, т. е. опять-таки на христоморфическую тему.[8]

В том же направлении работает и датировка заветного напитка. В рассказе о Мопассане 1883 год естественно соотносится с хронологией жизни и творчества писателя, в которой он знаменует период расцвета. Так, именно в 1883 г. появилась первая из трех новелл, переводимых героем и Раисой, - "Мисс Гарриэт".[9] Но еще более глубокий смысл этой трижды повторенной даты обнаружится, если учесть, в свете

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту