Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

3

растрогана, но, скрывая это, говорит: "что-то вы точно как по книге" (с. 159), и его охватывает злоба ("Постой же, – подумал я-"; с. 159).

Глава 7. Герой еще больше упирает на драму продажности и цинизм сутенеров, "обкрадывающих" подопечных девок. Он впадает в пафос и в то же время наблюдает за собственной "игрой" и за душевным переворотом, производимым ею в Лизе. Он сознает, что ведет себя "книжно", но решает, что тем лучше.

Глава 8. Дома он злится на Лизу за легкость, с которой его дешевая идиллия подействовала на нее. Он то думает отговорить ее от прихода, то мечтает, со ссылками на Жорж Санд и Некрасова, о том, как спасет ее.

Глава 9. Лиза застает его в момент поединка воль со слугой, и он решает "что она дорого […] за все это заплатит"  (с. 171). Он жалуется, "представляется", злится – "на себя, но, разумеется, достаться должно было ей"  (с. 172), и спрашивает, «зачем она пришла», неужели из-за его "жалких"  слов?

Он объявляет, что смеялся над ней: "Меня унизили, я хотел тебя унизить […] «Спасать»! […] Да я, может, сам тебя хуже […] Власти, власти мне было надо […], игры […], слез твоих […] И того, в чем теперь тебе признаюсь, тоже никогда тебе не прощу"  (с. 173–174). Однако Лиза чувствует, "что [он] сам несчастлив"  (с. 174), и бросается к нему в объятия.

Герой осознает, что "роли […] переменились, что героиня теперь она, а я точно такое же униженное и раздавленное создание, каким она была передо мной". Он завидует ей, ибо "без власти и тиранства […] не мо[жет] прожить"  (с. 175). В нем вспыхивает "чувство господства и обладания", и со смесью страсти и мести он принимается обнимать ее; "она восторженно и горячо"  отдается ему (с. 175).

Глава 10. После любовного акта оба понимают, что он не может любить ее, – "«живая жизнь»  с непривычки придавила" его (с. 176). Деньги ей он сует "со злости", из "головной, нарочно подсочиненной, книжной жестокости"  (с. 177). Он заключает, что "без книжки мы теряемся […] даже и человеками-то быть тяготимся […] с настоящим, собственным телом и кровью […, а] норовим быть какими-то небывалыми общечеловеками" (с. 178–179).

Набор черт, инкриминируемых в «Записках» горе-избавителю, состоит, таким образом, в следующем. Герой не просто слаб, но еще и жесток; он полон злобы на героиню, жаждет тиранствовать над ней, а убедившись в ее превосходстве, завидует ей. Он не просто "бесчувственен"[8], а всецело поглощен собой и все время спекулирует на собственных проблемах, оправдывая ими свою ненадежность. Он не просто руководствуется радикальными идеями «спасения», но в буквальном смысле слова мыслит, чувствует и живет по книгам. В попытках произвести впечатление на героиню он не только пускается в фантазии, но и сознательно

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту