Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

10

А если любишь людей […] так вот, бери меня. А я […] тебя возьму!» (с. 291).

Незадолго до этого герой, рассерженный героиней, обзывает ее "проституткой", "дрянью", "зверюкой", "мерзостью" и "падалью", которую надо "бить" и даже "истреблять" (с. 286–287). Этим он обнаруживает характерную элитарность и абстрактность мышления революционеров, безразличных к конкретным людям, – черты, скрытые за фасадом «Что делать?», но проявившиеся у последователей Чернышевского и разоблаченные Достоевским в «Бесах»[18].

Многое в «Тьме» читается именно как критика «новых людей» в духе Достоевского. На подобный лад настраивают первые же размышления героя, напоминающие, особенно в приведенном выше контексте "падали", уравнение «идейное убийство – избиение лошади» из «Преступления и наказания»:

«В крайнем случае […] он решил сойтись с проституткой […] Но […] это было неприятно, как […] противная мелочь, через которую необходимо перейти. Однажды, при совершении […] террористического акта […] он видел убитую лошадь с изорванным задом и выпавшими внутренностями […И] предстоявшая ночь с проституткой […] казалась ему нелепой […] воплощением […] грязноватого хаоса» (с. 266).

Созданию «достоевской» атмосферы вообще и перекличкам с «Записками из подполья» в особенности способствуют также:

а) целый репертуар взглядов и жестов, разыгрывающих комплекс «гордости/смирения»:

герой жалеет проститутку и целует ей руку; с ее точки зрения, он "хвастается"  своей "честностью"; она дважды становится перед ним на колени – один раз издевательски, другой раз всерьез; оскорбленная, она смотрит на него с гордостью и жалостью; она призывает его поклониться правде; он воображает, как он выйдет на площадь и унизится перед всеми;

б) широкое и смелое использование христианского подтекста, напоминающее о Раскольникове, Соне Мармеладовой и Мышкине;

в) моральный поединок между героем и проституткой, обнаруживающий в ходе «обмена ролями» ее, а не его превосходство (она, в частности, предупреждает его о приходе опасных для него офицеров; ср. «Записки»);

г) посрамление «книжной мудрости» «жизненной правдой» в лице проститутки (ср. «Записки»):

в комнате у проститутки "книг нету" (с. 270); герой похож на презираемого ею клиента-"писательчика"; герой вспоминает "книги, по которым учился жить, и улыб[ает]ся горько. Книги! Вот она книга – сидит с голыми руками [… – ] что же делать!» (с. 290–291); "смывалась и блекла книжная чуждая мудрость" (с. 298);

д) упор героя на жертвы, принесенные им ради "людей", который отчасти напоминает «жалостные» речи подпольного человека;

е) финальный «отказ быть хорошим», восходящий к полемическому «аморализму» героя «Записок» – "злого человека";

ж) роль, отводимая мотиву

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту