Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

35

на сене.

    - Видал я тебя как будто, - ответил Савицкий и зевнул.

    - Тогда получайте резолюцию начштаба, - сказал Хлебников  твердо,  -  и прошу вас, товарищ из резерва, смотреть на меня официальным глазом...

    - Можно, - примирительно  пробормотал  Савицкий,  взял  бумагу  и  стал читать ее необыкновенно долго. Потом он  позвал  вдруг  казачку,  чесавшую себе волосы в холодку, под навесом.

    - Павла, - сказал  он,  -  с  утра,  слава  тебе,  господи,  чешемся... Направила бы самоварчик...

    Казачка отложила гребень и, взяв  в  руки  волосы,  перебросила  их  за спину.

    - Целый день сегодня, Константин Васильевич, цепляемся, - сказала она с ленивой и повелительной усмешкой, - то того вам, то другого...

    И  она  пошла  к  начдиву,  неся  грудь  на  высоких  башмаках,  грудь, шевелившуюся, как животное в мешке.

    - Целый день цепляемся, - повторила женщина, сияя, и застегнула начдиву рубаху на груди.

    - То этого мне, а то того, - засмеялся начдив, вставая,  обнял  Павлины отдавшиеся плечи и обернул вдруг к Хлебникову помертвевшее лицо.

    - Я еще живой, Хлебников, - сказал он, обнимаясь с казачкой, - еще ноги мои ходют, еще кони мои скачут, еще руки мои тебя  достанут  и  пушка  моя греется около моего тела...

    Он вынул револьвер, лежавший у него на  голом  животе,  и  подступил  к командиру первого эскадрона.

    Тот повернулся на каблуках, шпоры его застонали, он вышел со двора, как ординарец, получивший эстафету, и снова сделал сто верст для  того,  чтобы найти начальника штаба, но тот прогнал от себя Хлебникова.

    - Твое дело, командир, решенное, - сказал начальник  штаба.  -  Жеребец тебе мною возворочен, а докуки мне без тебя хватает...

    Он не стал слушать Хлебникова и возвратил, наконец,  первому  эскадрону сбежавшего командира. Хлебников целую неделю был в отлучке. За  это  время нас перегнали на стоянку в Дубенские леса. Мы разбили там палатки  и  жили хорошо. Хлебников вернулся, я помню,  в  воскресенье  утром,  двенадцатого числа.  Он  потребовал  у  меня  бумаги  больше  дести  и  чернил.  Казаки обстругали ему пень, он положил на пень револьвер  и  бумаги  и  писал  до вечера, перемарывая множество листов.

    - Чистый Карл Маркс, - сказал ему вечером воевком эскадрона. - Чего  ты пишешь, хрен с тобой?

    - Описываю разные мысли согласно присяге, - ответил Хлебников  и  подал военкому заявление о выходе из коммунистической партии большевиков.

    "Коммунистическая партия, - было сказано в этом заявлении, -  основана, полагаю  для  радости  и  твердой  правды  без  предела  и  должна    также осматриваться на малых. Теперь коснусь до белого жеребца, которого я отбил у неимоверных по своей контре крестьян, имевший захудалый  вид,

 
Электромагнитный соленоидный клапан forwater.ru/shop/automation/valves-solenoid/.

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту