Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

11

работу  и  поехал домой. На  повороте  с  Прохоровской  улицы  ему  встретился  кузнец  Иван Пятирубель.

    -  Почтение,  Грач,  -  сказал  Иван  Пятирубель,  -  какая-то  женщина колотится до твоего помещения...

    Грач проехал дальше и увидел на своем дворе женщину исполинского роста. У нее были громадные бока и щеки кирпичного цвета.

    - Папаша, - сказала женщина  оглушительным  басом,  -  меня  уже  черти хватают со скуки. Я жду вас целый день... Знайте,  что  бабушка  умерла  в Тульчине.

    Грач стоял на биндюге и смотрел на дочь во все глаза.

    - Не крутись перед конями, - закричал он в отчаянии, - бери  уздечку  у коренника, ты мне коней побить хочешь...

    Грач стоял на возу и  размахивал  кнутом.  Баська  взяла  коренника  за уздечку и подвела лошадей к конюшне. Она распрягла их и пошла хлопотать на кухню. Девушка повесила на веревку отцовские портянки, она вытерла  песком закопченный чайник и стала разогревать зразу в чугунном котелке.

    - У вас невыносимый грязь, папаша, - сказала она и  выбросила  за  окно прокисшие овчины, валявшиеся  на  полу,  -  но  я  выведу  этот  грязь,  - прокричала Баська и подала отцу ужинать.

    Старик выпил водки из эмалированного чайника и съел зразу, пахнущую как счастливое детство. Потом он взял кнут и вышел за ворота.  Туда  пришла  и Баська вслед за ним. Она одела мужские штиблеты и  оранжевое  платье,  она одела шляпу, обвешанную птицами, и уселась на лавочке. Вечер шатался  мимо лавочки, сияющий глаз заката падал  в  море  за  Пересыпью,  и  небо  было красно, как красное число в календаре.  Вся  торговля  прикрылась  уже  на Дальницкой, и налетчики проехали на глухую улицу к публичному дому  Иоськи Самуэльсона. Они ехали в лаковых экипажах, разодетые, как птицы колибри, в цветных пиджаках. Глаза их были выпучены, одна нога отставлена к подножке, и в стальной протянутой руке они держали букеты, завороченные в папиросную бумагу. Отлакированные их пролетки двигались шагом, в каждом экипаже сидел один человек с букетом, и кучера,  торчавшие  на  высоких  сиденьях,  были украшены бантами, как шафера на свадьбах. Старые еврейки в наколках лениво следили течение привычной этой процессии - они были ко  всему  равнодушны, старые  еврейки,  и  только  сыновья  лавочников  и  корабельных  мастеров завидовали королям Молдаванки.

    Соломончик  Каплун,  сын    бакалейщика,    и    Моня    Артиллерист,    сын контрабандиста, были в числе тех, кто  пытался  отвести  глаза  от  блеска чужой удачи. Оба они прошли мимо нее, раскачиваясь, как девушки,  узнавшие любовь, они пошептались между собой и стали двигать руками, показывая, как бы они обнимали Баську, если б она этого захотела. И вот Баська тотчас  же этого захотела,

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту