Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

8

ему в  глаза и увидел смерть быка и свою смерть и пал на землю в неизмеримых страданиях.

        - Путник, - воскликнул тогда мальчик с лицом, розовым, как заря,  -  ты  извиваешься,  и  пена клокочет в углах твоих губ. Черная болезнь вяжет тебя канатами своих судорог.

        - Баграт-Оглы, - ответил я изнемогая, -  в  глазах  твоего быка  я нашел отражение всегда бодрствующей злобы соседей наших Мемед-ханов. В их влажной глубине я нашел  зеркала,  в  которых разгораются  зеленые  костры  измены соседей наших Мемед-ханов. Мою юность, убитую бесплодно, увидел я в  зрачках  изувеченного быка  и  мою  зрелость,  пробивавшуюся  сквозь колючие изгороди равнодушия. Пути Сирии, Аравии и  Курдистана,  измеренные  мною трижды,  нахожу  я  в  глазах твоего быка, о, Баграт-Оглы, и их плоские пески не оставляют мне надежды.  Ненависть  всего  мира вползает  в  отверстые  глазницы  твоего быка. Беги же от злобы соседей наших  Мамед-ханов,  о,  Баграт-Оглы,  и  пусть  старый заклинатель  змей  взвалит  на себя корзину с удавами и бежит с тобою рядом...

        И, огласив ущелье стоном, я поднялся  на  ноги.  Я  ощутил аромат  эвкалиптов  и  ушел прочь. Многоголовый рассвет взлетел над горами, как тысяча лебедей. Бухта Трапезунда блеснула вдали сталью своих вод.  И  я  увидел  море  и  желтые  борты  фелюг. Свежесть  трав  переливалась  на развалинах византийской стены. Базары Трапезунда и  ковры  Трапезунда  предстали  предо  мной. Молодой  горец  встретился мне у поворота в город. На вытянутой руке его сидел кобчик с закованной лапой.  Походка  горца  была легка.  Солнце всплывало над нашими головами. И внезапный покой сошел в мою душу скитальца.

          У БАТЬКИ НАШЕГО МАХНО.

        Шестеро махновцев изнасиловали  минувшей  ночью  прислугу. Проведав  об этом на утро, я решил узнать, как выглядит женщина после изнасилования, повторенного шесть  раз.  Я  застал  ее  в кухне. Она стирала, наклонившись над лоханью. Это была толстуха с    цветущими    щеками.    Только    неспешное  существование  на плодоносной  украинской  земле  может  налить  еврейку    такими коровьими соками. Ноги девушки жирные, кирпичные, раздутые, как шары,  воняли  приторно,  как только что вырезанное мясо. И мне показалось, что от вчерашней ее девственности  остались  только щеки, воспламененные более обыкновенного, и глаза, устремленные книзу.

        Кроме    прислуги,  в  кухне  сидел  еще  казаченок  Кикин, рассыльный штаба батьки нашего Махно. Он слыл в штабе  дурачком и  ему ничего не стоило пройтись на голове в самую неподходящую минуту.

        Не раз случалось мне заставать его перед зеркалом.  Выгнув ногу  с  продранной штаниной, он подмигивал самому себе, хлопал по  голому  мальчишескому    пузу,    неистово

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту