Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

45

мы вышли, -  у  ней обстановка такая...

    Оглядываясь по сторонам, он рассказал,  что  Сулак  служил  когда-то  у желто-блакитных, а от них перешел к папе римскому.

    - Муж у папы римского, - сказал Чернышев, - а жена  в  год  по  ребенку приводит...

    - Живое дело, - ответил председатель, увидел на дороге подкову и поднял ее, - вы на эту вдову не глядите, что  она  недомерок,  у  ней  молока  на пятерых хватит. У ней молоком другие женщины заимствуются...

    Дома председатель зажарил яичницу с салом и поставил водки. Опьянев, он полез на печь. Оттуда мы услышали шепот, детский плач.

    - Ганночко, божусь тебе, - бормотал наш хозяин, - божусь  тебе,  завтра до вчительки пойду...

    - Разговорились, - крикнул Чернышев, лежавший рядом со  мной,  -  людям спать не даешь...

    Всклокоченный председатель выглянул из-за лечи; ворот  его  рубахи  был расстегнут, босые ноги свисали книзу.

    - Вчителька в школе трусов на развод давала, - сказал  он  виновато,  - трусиху дала, а самого нет... Трусиха побыла, побыла, а тут  весна,  живое дело, она и подалась в  лес.  Ганночко,  -  закричал  вдруг  председатель, оборачиваясь к девочке, - завтра до вчительки пойду,  пару  тебе  принесу, клетку сделаем...

    Отец с дочерью долго еще переговаривались за печкой, он все  вскрикивал "Ганночко", потом заснул. Рядом со мной на сене ворочался Чернышев.

    - Пошли, - сказал он.

    Мы встали. На чистом,  без  облачка,  небе  сияла  луна.  Весенний  лед затянул лужи. На огороде Судака, заросшем бурьяном, торчали  голые  стебли кукурузы, валялось обломанное железо. К огороду примыкала конюшня,  внутри ее слышался шорох, в расщелинах досок мелькал свет. Подкравшись к воротам, Чернышев налег на них, запор поддался. Мы вошли и  увидели  раскрытую  яму посреди конюшни, на дне ее сидел человек. Карлица в белой кофте стояла над краем ямы с миской борща в руках.

    - Здравствуй, Адриян, - сказал Чернышев, - ужинать собрался?..

    Упустив миску, карлица бросилась ко мне и  укусила  за  руку.  Зубы  ее свело, она тряслась и стонала. Из ямы выстрелили.

    - Адриян, - сказал Чернышев и отскочил, - нам тебя живого надо...

    Сулак внизу возился с затвором, затвор щелкнул.

    - С тобой как с человеком разговаривают, - сказал Чернышев и выстрелил.

    Сулак прислонился  к  желтой  оструганной  стене,  потрогал  ее,  кровь вылилась у него изо рта и ушей и он упал.

    Чернышев остался на страже. Я побежал за председателем. В ту же ночь мы увезли  убитого.  Мальчики  шли  рядом  с  Чернышевым  по  мокрой,  тускло блиставшей  дороге.  Ноги  мертвеца  в  польских    башмаках,    подкованных гвоздями, высовывались из телеги.  В  головах  у  мужа  неподвижно  сидела карлица. В затмевающемся свете

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту