Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

58

- повторил старик, отбрасывая от себя корзину с змеями. - Бык вырос и  стал  могущественнейшим  быком  Анатолии.  Мемед-хан,  сосед, заболевший завистью, оскопил его этой ночью. Никто не  приведет  больше  к Баграт-Оглы коров, ждущих  зачатия.  Никто  не  заплатит  Баграт-Оглы  ста пиастров за любовь его быка. Он  нищ  -  Баграт-Оглы.  Он  рыдает  у  края дороги.

    Безмолвие гор простирало над  нами  лиловые  знамена.  Снега  сияли  на вершинах. Кровь стекала по ногам изувеченного быка и закипала в траве.  И, услышав стон быка, я заглянул ему в глаза и  увидел  смерть  быка  и  свою смерть и пал на землю в неизмеримых страданиях.

    - Путник, - воскликнул тогда мальчик с лицом, розовым, как заря,  -  ты извиваешься, и пена клокочет в углах твоих губ. Черная болезнь вяжет  тебя канатами своих судорог.

    - Баграт-Оглы, - ответил я изнемогая, - в глазах твоего  быка  я  нашел отражение всегда  бодрствующей  злобы  соседей  наших  Мемед-ханов.  В  их влажной глубине я нашел зеркала,  в  которых  разгораются  зеленые  костры измены соседей наших Мемед-ханов. Мою юность, убитую бесплодно, увидел я в зрачках изувеченного быка и мою  зрелость,  пробивавшуюся  сквозь  колючие изгороди равнодушия. Пути Сирии,  Аравии  и  Курдистана,  измеренные  мною трижды, нахожу я в глазах твоего быка, о, Баграт-Оглы, и их плоские  пески не оставляют мне  надежды.  Ненависть  всего  мира  вползает  в  отверстые глазницы твоего быка. Беги же  от  злобы  соседей  наших  Мамед-ханов,  о, Баграт-Оглы, и пусть старый заклинатель змей взвалит  на  себя  корзину  с удавами и бежит с тобою рядом...

    И,  огласив  ущелье  стоном,  я  поднялся  на  ноги.  Я  ощутил  аромат эвкалиптов и ушел прочь. Многоголовый  рассвет  взлетел  над  горами,  как тысяча лебедей. Бухта Трапезунда блеснула вдали  сталью  своих  вод.  И  я увидел море и желтые борты фелюг. Свежесть трав переливалась на развалинах византийской стены. Базары Трапезунда и ковры Трапезунда  предстали  предо мной. Молодой горец встретился мне у поворота в город. На  вытянутой  руке его сидел кобчик с закованной лапой.  Походка  горца  была  легка.  Солнце всплывало над  нашими  головами.  И  внезапный  покой  сошел  в  мою  душу скитальца.

          ХОДЯ

    Неумолимая ночь. Разящий ветер. Пальцы мертвеца перебирают  обледенелые кишки Петербурга. Багровые аптеки стынут на углах. Фармацевт уронил  набок расчесанную головку. Мороз взял аптеку  за  фиолетовое  сердце,  и  сердце аптеки издохло.

    Никого на Невском. Чернильные пузыри лопаются в небе.  Два  часа  ночи. Неумолимая ночь.

    Девка и личность сидят на перилах кафе "Бристоль". Две скулящие  спины. Две иззябшие вороны на голом кусте.

    - ...Ежели волей сатаны вы наследуете

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту