Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

8

в интертекстуальную игру включается и иной литературный фон:

в «Гонораре» на потертой кровати валялась книга, роман из боярской жизни Головина (опять Голгофа?);

в «Мопассане» фигурируют Ибаньес, Сервантес, «Юдифь» и мн. др.

Заметное место на этом фоне отводится Толстому – прозаику номер один и естественному объекту авторского anxietyofinfluence:

«Мне казалось пустым занятием – сочинять хуже, чем Лев Толстой» («Гонорар»);

«Захмелев, я стал бранить Толстого…» («Мопассан»).

Таков внушительный общий костяк двух сюжетов. Разумеется, обилие сходств не отменяет различий. Очевидны – и заслуживают тщательного анализа – мотивные ряды, характерные лишь для отдельных рассказов, и даже совсем уникальные детали, ибо и они могут иметь глубинное значение. Например, во всех трех рассказах герой пытается обзавестись символическими родителями. Но при этом «Справку»/«Гонорар» отличает акцент на детстве и разнообразных вариантах гомосексуализма и инцеста – педерастии («мальчик у армян»), любви между братьями (метафорическим плотником и его собратом) и между сестрами (двумя проститутками), неповторимой эмблемой чего становится реплика Веры о «сестричке», венчающая рассказ. В фокусе же «Мопассана» оказываются проблемы владения словом, и он недаром завершается многозначительной позой потерявшего дар речи писателя на четвереньках, чему нет параллелей в «Справке»/»Гонораре».

Поэтому вряд ли имеет смысл настаивать на максимально узкой трактовке единства трех рассматриваемых текстов как сводящихся к общему архисюжету. Особенно – на фоне широкого культурного контекста рассказов, выявлением которого мы займемся, исходя из их интертекстуальных и металитературных аспектов.

4.

Выяснение отношений с литературными титанами составляет один из сокровенных пластов сюжета трех рассказов. Явственно прописанными именами – Толстым, Мопассаном, Сервантесом – парадигма великих образцов не исчерпывается. Наличие за текстом богатого ассоциативного слоя тонко задано в начале «Мопассана» проходным, казалось бы, упоминанием о замках в Испании: «Казанцев и проездом не бывал в Испании, но любовь к этой стране заполняла все его существо – он знал в Испании все замки, сады и реки». Чисто воображаемому владению всей этой испанской недвижимостью (характерному для книжного червя-мечтателя Казанцева и предвещающему аналогию с Дон-Кихотом, которая возникнет ближе к концу рассказа) вторит смысл французской идиомы chateauxenEspagne (букв. «замки в Испании») – «воздушные замки». В тексте она, однако, не фигурирует, хотя, конечно, прочитывается просвещенным читателем и уж наверняка подразумевается повествователем – переводчиком Мопассана. Подобно французским воздушным замкам в Испании, незримо витают над

 
Индийский Дженерик Сиалиса купить в Нижнем на сайте http://viagenn.ru/

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту