Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

5

Сенька спросил:

    - А Феде, когда вы его резали, хорошо было в ваших руках?

    - Нет, - сказал папаша, - худо было Феде.

    Тогда Сенька спросил:

    - А думали вы, папаша, что и вам худо будет?

    - Нет, - сказал папаша, - не думал я, что мне худо будет.

    Тогда Сенька поворотился к народу и сказал:

    - А я так думаю, что если попадусь я к вашим, то не будет мне пощады. А теперь, папаша, мы будем вас кончать...

    И Тимофей  Родионыч  зачал  нахально  ругать  Сеньку  по  матушке  и  в богородицу и бить Сеньку по морде, и Семен Тимофеич услали меня со  двора, так что я не могу, любезная мама Евдокия Федоровна, описать вам за то, как кончали папашу, потому я был усланный со двора.

    Опосля этого мы получили стоянку в городе  в  Новороссийском.  За  этот город можно рассказать, что за ним никакой суши больше нет, а  одна  вода. Черное море, и мы  там  оставались  до  самого  мая,  когда  выступили  на польский фронт и треплем шляхту почем зря...

    Остаюсь ваш любезный сын Василий Тимофеич Курдюков.  Мамка,  доглядайте до Степки, и бог вас не оставит".

    Вот письмо Курдюкова, ни в одном слове не измененное. Когда  я  кончил, он взял исписанный листок и спрятал его за пазуху, на голое тело.

    - Курдюков, - спросил я мальчика, - злой у тебя был отец?

    - Отец у меня был кобель, - ответил он угрюмо.

    - А мать лучше?

    - Мать подходящая. Если желаешь - вот наша фамилия...

    Он протянул мне сломанную фотографию.  На  ней  был  изображен  Тимофей Курдюков, плечистый стражник в форменном картузе и с расчесанной  бородой, недвижный, скуластый, со сверкающим взглядом  бесцветных  и  бессмысленных глаз. Рядом с ним, в бамбуковом креслице, сидела  крохотная  крестьянка  в выпущенной кофте, с чахлыми светлыми и  застенчивыми  чертами  лица.  А  у стены, у этого жалкого провинциального фотографического фона, с цветами  и голубями, высились два парня -  чудовищно  огромные,  тупые,  широколицые, лупоглазые, застывшие, как на ученье,  два  брата  Курдюковых  -  Федор  и Семен.

          НАЧАЛЬНИК КОНЗАПАСА

    На деревне стон стоит. Конница травит хлеб  и  меняет  лошадей.  Взамен приставших кляч кавалеристы забирают рабочую скотину. Бранить тут  некого. Без лошади нет армии.

    Но крестьянам не легче от этого сознания. Крестьяне неотступно толпятся у здания штаба.

    Они тащат  на  веревках  упирающихся,  скользящих  от  слабости  одров. Лишенные кормильцев, мужики, чувствуя в себе прилив  горькой  храбрости  и зная, что храбрости ненадолго хватит, спешат безо всякой надежды надерзить начальству, богу и своей жалкой доле.

    Начальник штаба Ж. в полной форме стоит на крыльце. Прикрыв воспаленные веки, он с видимым вниманием слушает мужичьи жалобы. Но  внимание

 
Ведущее отделение педиатрии Москвы приглашает на приём маленьких пациентов.

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту