Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

58

Потеряв его, я пересел на санитарную  линейку  и до вечера подбирал раненых. Потом здоровых сбросили с линейки, и я остался один у развалившейся халупы. Ночь летела ко мне на резвых  лошадях.  Вопль обозов оглашал вселенную. На земле, опоясанной  визгом,  потухали  дороги. Звезды выползли из прохладного брюха ночи, и брошенные села воспламенялись над горизонтом. Взвалив на себя седло, я пошел по развороченной меже  и  у поворота  остановился  по  своей  нужде.  Облегчившись,  я  застегнулся  и почувствовал брызги на моей руке. Я зажег фонарик, обернулся и  увидел  на земле труп поляка, залитый моей мочой. Записная книжка и обрывки воззваний Пилсудского валялись рядом с  трупом.  В  тетрадке  поляка  были  записаны карманные расходы, порядок спектаклей в краковском драматическом театре  и день  рождения  женщины  по  имени  Мария-Луиза.  Воззванием  Пилсудского, маршала и главнокомандующего, я стер вонючую жидкость с черепа  неведомого моего брата и ушел, сгибаясь под тяжестью седла.

    В это время где-то близко простонали колеса.

    - Стой! - закричал я. - Кто идет?

    Ночь летела ко мне на резвых лошадях, пожары извивались на горизонте.

    - Ревтрибунальские, - ответил голос, задавленный тьмой.

    Я побежал вперед и наткнулся на телегу.

    - Коня у меня убили, - сказал я громко, - Лавриком коня звали...

    Никто не ответил мне. Я взобрался на телегу, подложил седло под голову, заснул и проспал до рассвета,  согреваемый  прелым  сеном  и  телом  Ивана Акинфиева, случайного моего соседа. Утром казак проснулся позже меня.

    - Развиднялось, слава  богу,  -  сказал  он,  вытащил  из-под  сундучка револьвер и выстрелил над ухом дьякона. Тот сидел прямо перед ним и правил лошадьми. Над громадой лысеющего его  черепа  летал  легкий  серый  волос. Акинфиев выстрелил еще раз над другим ухом и спрятал револьвер в кобуру.

    - С добрым утром, Ваня! - сказал  он  дьякону,  кряхтя  и  обуваясь.  - Снедать будем, что ли?

    - Парень, - закричал я, - чего ты делаешь?

    - Чего делаю, все  мало,  -  ответил  Акинфиев,  доставая  пищу,  -  он симулирует надо мной третьи сутки...

    Тогда с первой телеги отозвался Короткое, знакомый мне по 31-му  полку, рассказал всю историю дьякона сначала. Акинфиев  слушал  его  внимательно, отогнув ухо, потом вытащил из-под седла жареную  воловью  ногу.  Она  была прикрыта рядном и обвалялась в соломе.

    Дьякон перелез к нам с козел, подрезал ножичком зеленое мясо  и  раздал всем по куску. Кончив завтрак, Акинфиев завязал воловью  ногу  в  мешок  и сунул его в сено.

    - Ваня, - сказал он Аггееву, - айда беса выгонять. Стоянка  все  равно, коней напувают...

    Он вынул из кармана пузырек с лекарством, шприц Тарновского  и  передал

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту