Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Главная » Публицистика » Публицистика, страница10

Публицистика, страница10

добавить, что в одном из приютов числилось на  40  детей  23 служащих.

    Делопроизводство этих служащих, многие из  которых  преданы  уже  суду, находилось, согласно данным ревизии, в следующем состоянии:

    Большинство счетов не заверено подписью, на счетах нельзя усмотреть, на какой предмет  израсходованы  суммы,  нет  подписи  получателей  денег,  в расписках не сказано, за какое время служащим  уплачено  содержание,  счет разъездных одного мелкого служащего за январь сего года достиг 455 рублей.

    Если вы явитесь в убежище, то застанете там вот что.

    Никакие  учебные  занятия  не  производятся.  60%  детей  полуграмотны. Никакие работы не  производятся.  Пища  состоит  из  супа  с  кореньями  и селедки. Здание пропитано зловонием, ибо  канализационные  трубы  разбиты. Дезинфекция не произведена, несмотря на то, что среди  призреваемых  имели место 10 тифозных заболеваний. Болезни часты. Был такой случай. В 11 часов ночи привезли мальчика  с  отмороженной  ногой.  Он  пролежал  до  утра  в коридоре, никем не принятый.  Побеги  часты.  По  ночам  детей  заставляют ходить в мокрые уборные нагишом. Одежду припрятывают из боязни побегов.

    Заключение:

    Убежища комиссариата по призрению представляют  собой  зловонные  дыры, имеющие величайшее сходство с дореформенными участками.  Администраторы  и воспитатели — бывшие люди,  примазавшиеся  к  «народному  делу»,  никакого отношения  к  призрению  не  имеющие,  в  огромном    большинстве    никакой специальной подготовкой не обладающие. На каком основании они  приняты  на службу властью крестьян и рабочих — неизвестно.

    Я видел все это — и босых и угрюмых детей, и угреватые  припухшие  лица унылых их наставников, и лопнувшие трубы канализации. Нищета  и  убожество наше поистине ни с чем не сравнимы.

 

          О ГРУЗИНЕ, КЕРЕНКЕ И ГЕНЕРАЛЬСКОЙ ДОЧКЕ (Нечто современное)

 

    Два печальных грузина навещают ресторацию Пальмира. Один из  них  стар, другой молод. Молодого зовут Ованес.

    Дела плохи. Чай подают  жидкий.  Молодой  смотрит  на  русских  женщин. Любитель. Старик смотрит на музыкальную машину. Старику грустно, но тепло.

    Молодой обнюхивает обстоятельства.

    Обнюхал. Молодой надевает национальный костюм, кривую  шашку  и  мягкие кавказские сапоги.

    Горизонты проясняются. В ресторации Пальмира молодому предлагают изюм и миндаль. Ованес покупает. Знакомая из государственного контроля  варит  на дому гузинаки.

    Товар приносит барыш.

    Идут дни и недели. У Ованеса на Моховой лавка восточных сластей.

    У Ованеса лавка на Невском. Услуживающий ему мальчик Петька щеголяет  в сияющих новых калошах. Знакомым прислугам Ованес не кланяется, а козыряет. Домовому старосте на именины подносится