Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

18

ласкова, белолица. Из клетки на нее смотрит  с  холодным вниманием старая обезьяна.

    С нетерпимой пронзительностью вопят попугаи, объятые  скучным  недугом. Серебристыми язычками они трутся о проволоку, скрюченные когти  впились  в решетку, серые клювы, столь схожие с желобками из  жести,  раскрываются  и закрываются,  как  у  птицы,  издыхающей  от  жажды.  Бело-розовые  тельца попугаев мерно качаются у стенок.

    Египетский голубь смотрит на бабу красным блистающим глазком.

    Морские свинки, сбившись в шевелящийся холмик, попискивают  и  тычут  в решетку белые мохнатые мордочки.

    Баба ничем не одаряет голодных животных. Орехи и монпансье - это не  по ее карману.

    Тогда обезьяна, умирающая от старости и  недоедания,  приподнимается  с тяжким усилием и взбирается на палку,  волоча  за  собой  распухший  серый волосатый зад.

    Понурив бесстрастную морду, равнодушно раскорячив ноги, обратив на бабу тусклый  и  невидящий  взор  -  обезьяна  отдается  дурному  занятию,  так развлекаются тупые старики в деревне и мальчики,  скрывающиеся  на  черном дворе за сорными кучами.

    Румянец  заливает  бледные  щеки  женщины,  ресницы    ее    трепещут    и призакрывают синие  глаза.  Очаровательное  движение,  полное  смущения  и лукавства, изгибает шею.

    Вокруг бабы  раздается  ржанье  солдат  и  подростков.  Помотавшись  по зверинцу, - она снова подходит к обезьянской клетке.

    - Ах, старый пес... - слышен укоризненный шепот. -  Совсем  ты  из  ума выжил, бесстыдник...

    Баба вытаскивает из кармана кусок хлеба и протягивает обезьяне.

    Трудно передвигаясь, животное приближается к ней,  не  спуская  глаз  с заплесневевшего куска.

    - Люди голодом сидят, - бормочет солдат, стоящий неподалеку.

    - Что зверю-то делать? Зверь - он молчит...

    Обезьяна ест внимательно, осторожно двигая челюстями. Луч солнца тронул сощуренный бабий глаз. Глаз засиял и покосился на  сгорбившуюся  полосатую фигурку.

    -  Дурачок,  -  с  усмешкой  прошептала  женщина.  Ситцевая    юбка    ее взметнулась, ударила солдата по глянцевитым сапогам и, медлительно  виляя, потянулась к выходу, туда, где вспыхнувшее солнце буравило серую дорожку.

    Баба уходит, - солдат за нею.

    Я и мальчики - мы остаемся и смотрим на жующую обезьяну. Старая полька, услуживающая в здании, стоит рядом со мной и торопливо бормочет о том, что люди Бога забыли, все звери скоро от голоду  подохнут,  теперь  люди,  все крестные ходы затевают, вспомнили о Боге, да поздно...

    Из глаз старухи выкатываются мелкие слезинки, она снимает их  с  морщин ловкими тонкими пальцами, трепыхается изогнутым телом и все бормочет мне о людях, о Боге и об обезьяне...

    Несколько дней тому назад в зоологический сад  пришли

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту