Исаак Эммануилович Бабель
(1894—1940)
Произведения автора

18

в потолок, дробилось и сияло, душный жар налетал от труб парового отопления.

    - Была не была, - сказал Калугин, когда мы разделались  с  кониной.  Он вышел куда-то и вернулся с двумя ящиками - подарком  султана  Абдул-Гамида русскому государю. Один был цинковый,  другой  сигарный  ящик,  заклеенный лентами и бумажными орденами. "A sa  majeste,  lEmpereur  de  toutes  les Russies  [Его  величеству,  императору  всероссийскому    (фр.)]    -    было выгравировано на цинковой крышке - от доброжелательного кузена..."

    Библиотеку Марии Федоровны наполнил аромат,  который  был  ей  привычен четверть столетия назад. Папиросы 20 см в длину и толщиной  в  палец  были обернуты  в  розовую  бумагу;  не  знаю,  курил  ли  кто  в  свете,  кроме всероссийского самодержца, такие папиросы, но  я  выбрал  сигару.  Калугин улыбался, глядя на меня.

    - Была  не  была,  -  сказал  он,  -  авось  не  считаны...  Мне  лакеи рассказывали - Александр Третий был завзятый курильщик: табак любил,  квас да  шампанское...  А  на  столе  у  него,  погляди,  пятачковые    глиняные пепельницы да на штанах - латки...

    И вправду, халат, в который меня  облачили,  был  засален,  лоснился  и много раз чинен.

    Остаток ночи мы провели, разбирая игрушки Николая Второго, его барабаны и паровозы, крестильные его рубашки и тетрадки с ребячьей  мазней.  Снимки великих князей, умерших в младенчестве, пряди их волос,  дневники  датской принцессы Дагмары, письма сестры ее, английской королевы,  дыша  духами  и тленом, рассыпались под нашими пальцами. На титулах евангелий и  Ламартина подруги и фрейлины - дочери бургомистров и государственных советников -  в косых старательных строчках прощались с принцессой,  уезжавшей  в  Россию. Мелкопоместная королева Луиза, мать ее, позаботилась об устройстве  детей; она выдала одну дочь  за  Эдуарда  VII,  императора  Индии  и  английского короля,  другую  за  Романова,  сына  Георга  сделали  королем  греческим. Принцесса Дагмара стала Марией в России. Далеко ушли  каналы  Копенгагена, шоколадные баки короля Христиана.  Рожая  последних  государей,  маленькая женщина с лисьей злобой металась в частоколе Преображенских гренадеров, но родильная ее кровь пролилась в неумолимую мстительную гранитную землю...

    До рассвета не могли мы оторваться от глухой, гибельной этой  летописи. Сигара Абдул-Гамида была докурена. Наутро Калугин повел меня  в  Чека,  на Гороховую 2. Он поговорил с Урицким. Я стоял за драпировкой,  падавшей  на пол суконными волнами. До меня долетали обрывки слов.

    - Парень свой, - говорил Калугин,  -  отец  лавочник,  торгует,  да  он отбился от них... Языки знает...

    Комиссар внутренних дел  коммун  Северной  области  вышел  из  кабинета

 

Фотогалерея

Babel Isaak Jemmanuilovich 18
Babel Isaak Jemmanuilovich 17
Babel Isaak Jemmanuilovich 16
Babel Isaak Jemmanuilovich 15
Babel Isaak Jemmanuilovich 14

Статьи
















Читать также


Краткое содержание
Поиск по книгам:


Публицистика
Голосование
Знакомы ли Вы с творчеством Бабеля


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту